99
12
Цыпленок родился в инкубаторе. Сначала было темно и тесно, потом яйцо треснуло и в глаза хлынул яркий свет...
Страсть у нее была только к Осипову, да и то в первые три года их совместной жизни. А потом все сожрала его ревность...
Здесь, на спиритическом сеансе, становится ясно, ничего не прекращается, человек просто переходит из одного состояния в другое...
Рассказ о суточном дежурстве молодого заведующего хирургией, где рядом оказываются страхи пациентов, профессиональная усталость, случайности и личные переживания. На фоне экстренных и «обычных» больничных ситуаций герой сталкивается с тем, как легко в медицине всё решают не только знания и техника,...
Его зовут Ник. Ему тридцать пять лет. Он молод, красив и талантлив. И все это – не пригодилось. Красота, ум, талант – все уходит, как дым в трубу. Никому не надо.
Десять лет назад Ник окончил театральную школу. О! Какое было время… Как они пели, пили, мечтали, любили… Как он сверкнул в выпускном...
Девушку звали Лидия, но ей не нравилось это имя, слишком деревенское. Она придумала себе имя - Лика, так звали невесту Антона Павловича Чехова...
«Главное не знать, а верить. Вера выше знания. Иначе зачем Богу было создавать такую сложную машину, как человек? Зачем протягивать его через годы, через испытания, через любовь? Чтобы потом скинуть с древа жизни и затоптать? А куда деваются наши слезы, наше счастье, наш каждодневный труд?.. Я всю...
Вечером мне позвонила из Ленинграда Майка и спросила:
– Ты на свадьбу ко мне приедешь?
– У меня разлад мечты с действительностью, – сказала я…
Вечером мне позвонила из Ленинграда Майка и спросила:
— Ты на свадьбу ко мне приедешь?
— У меня разлад мечты с действительностью, — сказала я.
— Что?!
— Я хотела бы подарить тебе шубу, а могу только зубную щетку.
— Привези щетку, у моей как раз отломилась ручка...
Очереди были небольшие, состояли преимущественно из старух. Старухам казалось: витамины обрадуют кровь и она шибко побежит по уставшим сосудам. Стекловидное тело рассосет все воспаления и размоет все отложения солей. Уйдёт боль, а вместе с ней уйдут разъедающие мысли о смерти. И, проснувшись, можно...
Районный детский врач Виктор Петрович — молодой человек с внешностью разночинца — сидел, ссутулившись, и прослушивал очередную пациентку. Он передвигал стетоскоп по её голой спинке, говорил: «Дыши… не дыши…», потом замолкал, глядя куда-то в угол.
Показать ещё