5
На полку
46
3 869
0 %
Скорость: 1x
Автопауза: выкл
13:17
0023
19:31
0024
07:40
0025
12:53
0026
21:57
0027
22:54
0028
06:37
0029
17:40
0030
17:18
0031
29:16
0032
23:34
0033
28:26
0034
30:16
0035
27:51
0036
32:31
0037
25:49
0038
37:57
0039
26:14
0040
21:20
0041
17:31
0042
32:39
0043
23:01
0044
18:35
0045

Театральный роман автор читает Вячеслав Манылов

Театральный роман
Время звучания: 08:34:47
Добавлена: 13 мая
В Театральном романе Булгаков выступает противником системы К. С. Станиславского и неслучайно называет соответствующего героя Иваном Васильевичем, по аналогии с первым русским царем Иваном Васильевичем Грозным (1530-1584), подчеркивая деспотизм основателя Художественного театра по отношению к актерам (да и к драматургу). В конце Театрального романа Максудов излагает результаты своей проверки теории Ивана Васильевича (фактически — Станиславского), согласно которой любой актер путем специальных упражнений «мог получить дар перевоплощения» и действительно заставить зрителей забыть, что перед ними не жизнь, а театр. Несомненно, дальше в романе должно было последовать опровержение теории Ивана Васильевича, ибо в тех спектаклях, которые видел Максудов, во-первых, многие актеры играли плохо и иллюзии действительности создать не могли, а во-вторых, грань между сценой и жизнью непреодолима, и это должно было выразиться в комической реакции зрителей.

На репетиции, изображенной в Театральном романе, автор убеждается, что теория Ивана Васильевича к его пьесе и вообще к реальному театру неприменима: «Зловещие подозрения начали закрадываться в душу уже к концу первой недели. К концу второй я уже знал, что для моей пьесы эта теория не приложима, по-видимому. Патрикеев не только не стал лучше подносить букет, писать письмо или объясняться в любви. Нет! Он стал каким-то принужденным и сухим и вовсе не смешным. А самое главное, внезапно заболел насморком». Вскоре заболели насморком и сбежали от опостылевших упражнений Ивана Васильевича и другие актеры.

Булгаков хорошо знал, что актерский дар — от Бога. И дал это понимание своему Максудову, в горящем мозгу которого после судорожных выкриков: «Я новый... я новый! Я неизбежный, я пришел!» укрепляется мысль, что махающая кружевным платочком Людмила Сильвестровна Пряхина играть не может, «и никакая теория ничего не поможет! А вот там маленький, курносый, чиновничка играет, руки у него белые, голос сиплый, но теория ему не нужна, и этот, играющий убийцу в черных перчатках... не нужна ему теория!». Писатель в Театральном романе спорит с идеей, что можно «играть так, чтобы зритель забыл, что перед ним сцена», и в то же время заставляет Максудова, переступающего порог Театра, не помнить, что перед ним всего лишь иллюзия действительности.
Подписаться на новые комментарии
Комментарии 3
Для написания комментария авторизуйтесь.
0
Максим 14 мая в 18:10 (изменён) #
Неплохо!
+1
Aлетея 22 мая в 18:41 #
Ой! Как я люблю такую манеру исполнения (чтения)
0
Элеонора 26 мая в 18:15 #
Спасибо, прочитано блестяще.