Арзамас-17 был так засекречен, что мама не горюй. Поэтому о нем практически никому не известно. Да и после Чернобыля о нем даже те, кто знал - забыли. Над когда-то секретным объектом "АРЗАМАС 17" стоит тишина... Но, кто тогда разорвал в клочья здоровенного медведя в местных лесах...

Во время спасательной миссии космический корабль "Пророк" наткнулся на одинокую спасательную капсулу, дрейфующую во тьме. Экипаж обнаружил в ней уцелевшего. Однако, помимо него на корабль пробралось еще что-то...

Далёкое будущее. Расселившееся по галактике человечество жаждет заглянуть за её пределы. Проводником его амбиций стали "Триады" - величайшие из космических кораблей с бессмертным экипажем. Построенные у Миров Дайсона, они с неслыханной скоростью мчатся за пределы космологического...

Подростки часто отдыхают на старом кладбище и однажды по просьбе первой красавицы компании влюбленный в нее парень срывает лилию с могилы...

Таинственные истории от моего деда.

Стас Яковлев вместе с младшим братом направляются на юг РСФСР, чтобы выяснить причины загадочных смертей рабочих, которые пытались выкорчевать старое дерево. Это просто случайность или нечто большее, например, мистическое проклятие ивы у сельской дороги?

Дверь с лязгом захлопнулась, отрезав насмешливые взгляды охранников, и Данила понял, что он наконец-то свободен...

— Боцман, системы готовы? — Все на мази, начальник! — Макс, отвечай по форме! На борту новичок, давай без нарушений субординации! — Системы готовы к гиперпрыжку, капитан! — ответствовал боцман — коренастый мужичок с трехдневной щетиной на лице. Ухмыльнувшись, он толкнул Андрея под...

Чем может обернуться обычная встреча на вокзале? Удачей или опасностью? Паша оказался в непростой ситуации и внезапное знакомство стало спасением. Вот только так ли это на самом деле? Почему девушка живёт совершенно одна в заброшенной деревне? И что скрывается за милой внешностью? Не занавешивай...

«Все в квартире казалось размытым и неестественным. В голове играла навязчивая мелодия, под аккомпанемент которой резвились и плясали в углах тени, возбужденные искусственным светом. «А мы тут сидим…, — оправдываясь произнес он, чувствуя осуждение со стороны, — мы не шумим. Мы тихо…»