Устав от побоев хрупкая женщина, с двумя маленькими детьми, обращается к хранителю леса за помощью. Она не догадывается, что древние существа, забытые, но не мёртвые, могут попросить в уплату за помощь куда больше, чем готов заплатить человек.

Обычный худощавый парень Эдвард Джексон Хамнер вдруг начинает угадывать все желания юной Элизабет, которая очень скоро влюбляется в него, но постепенно приходит осознание того, что это не любовь, а навязанные чувства, да и необычная смерть её жениха уже не кажется обычной случайностью.

Поезд дальнего следования совершает вынужденную остановку посреди тайги. Машинист пропадает при странных обстоятельствах, а в лесу явно обитает что-то злое, древнее и бесконечно голодное.

Два компаньона, молодой человек Матвей и его старший товарищ и наставник, авторитет по кличке «Злотый», колесят на угнанной «Победе» по отдаленным деревням. Нехитрый бизнес — за сущие копейки и водку выманивать у крестьян старинные иконы. Однако в очередной деревне обнаружилась странность — людей...

Трагические истории происшедшие с обычными людьми. Эти случаи переворачивают жизни отдельных семей и целых поселений

Много лет назад брат и сестра сбежали из родного дома от жестоких родителей. Теперь, вынужденные вернуться, они раскрывают мрачный семейный секрет.

Сколько времени нужно обезьяне, чтобы написать сонет Шекспира?

Испания, Толедо. Приговорённый Инквизицией герой открывает глаза. Он в камере для смертников… но не так страшна сама казнь, как высшие нравственные муки, сопутствующие ей! О чем мы думаем в первую очередь, вспоминая произведения По? «Колодец и маятник».

Паника охватившая их, по своему распорядилась, возложив на одних - истошные крики и благоверный мат, на других - тихое щебетание молитв и нервное поскуливание. Машина, внезапно превратившаяся в спасительную крепость, наполнилась шквалом голосов, хныканьем, мольбами о помощи, накаляя обстановку...

Материально-идеалистическая история. Американский посланник покупает в Англии старинный родовой замок Кентервиль. Вместе с мебелью и… привидением. Привидение настолько жуткое, что даже симпатичное.