Десять лет назад мой мир развалился на куски. Одной его частью — крупной, величественной — остался мир обычных, нормальных людей. А второй частью стал мир моего сына. Когда-то фраза «особенные дети» для меня не означала ровным счетом ничего. «Ну, какие-то не такие дети», — думалось мне. И вот я...