Шесть дней назад Маша написала мужу: «Кажется, меня укусили. Не приезжай. Не открывай, если я вернусь». Теперь она стоит за дверью. У неё тот же голос, те же привычки, те же воспоминания — даже те, о которых не мог знать никто посторонний. Власти утверждают: заражённые лишь воспроизводят память...

Шесть дней назад Маша написала мужу: «Кажется, меня укусили. Не приезжай. Не открывай, если я вернусь». Теперь она стоит за дверью. У неё тот же голос, те же привычки, те же воспоминания — даже те, о которых не мог знать никто посторонний. Власти утверждают: заражённые лишь воспроизводят память...