Опер из девяностых погибает, а потом приходит в себя уже в нашем времени, в теле молодого школьного учителя. Теперь вместо преступников – наглые подростки, вместо начальства – «доброжелательные коллеги», а в качестве особого испытания судьбы – родительский чат и отчёты. Только уроками всё не...

Он погиб – а очнулся юным. Москва, 1964-й. Хлеб в авоське, кефир в бутылках и чужое лицо в зеркале. Советский Союз на пороге великих свершений. Гагарин уже полетел. Но Луна всё ещё ждёт первого. Он – космонавт из нашего времени, получивший второй шанс. Не чтобы мстить. Не чтобы бежать. А чтобы...

Он погиб – а очнулся юным. Москва, 1964-й. Хлеб в авоське, кефир в бутылках и чужое лицо в зеркале. Советский Союз на пороге великих свершений. Гагарин уже полетел. Но Луна всё ещё ждёт первого. Он – космонавт из нашего времени, получивший второй шанс. Не чтобы мстить. Не чтобы бежать. А чтобы...

Он погиб – а очнулся юным. Москва, 1964-й. Хлеб в авоське, кефир в бутылках и чужое лицо в зеркале. Советский Союз на пороге великих свершений. Гагарин уже полетел. Но Луна всё ещё ждёт первого. Он – космонавт из нашего времени, получивший второй шанс. Не чтобы мстить. Не чтобы бежать. А чтобы...

Он погиб – а очнулся юным. Москва, 1964-й. Хлеб в авоське, кефир в бутылках и чужое лицо в зеркале. Советский Союз на пороге великих свершений. Гагарин уже полетел. Но Луна всё ещё ждёт первого. Он – космонавт из нашего времени, получивший второй шанс. Не чтобы мстить. Не чтобы бежать. А чтобы...