Сентябрь девяносто третьего забирает у Владимира Соколова правую руку — и отдаёт ему город. Тот, кто выжил под шквальным огнём на Цветочной улице, возвращается в Петербург другим человеком: холодным, безруким, несокрушимым. Отныне порты, комитеты, конкуренты и собственная охрана — фигуры на его...