Запертая изнутри баня. Мёртвый председатель. И огурец, которого не должно существовать. В СНТ «Ромашка» ЧП: председателя Пасечника нашли мёртвым в бане, запертой изнутри. Несчастный случай? Как бы не так: в кружке — квас, который покойный на дух не переносил, на тарелке — надкушенный огурец, а...

Санкт-Петербург, лето 1883 года. В ателье фотографа Вересова входит старик с обожжённым солнцем лицом и приносит стеклянный негатив: на нём — деревня у реки, церковь, мельница. Только деревни такой нет ни на одной карте. Место, которого не существует. Вересов проявляет пластину — и начинает искать...

Санкт-Петербург, весна 1883 года. Гимназистка Лиза приносит фотографу Вересову старую стеклянную пластину с бабушкиного чердака: снимал покойный дед, а что на ней — не знает никто. Вересов проявляет негатив — и видит помолвочный портрет. На нём невеста. Только невеста эта — не бабушка Лизы: у...

Санкт-Петербург, сентябрь 1884 года. Фотограф Вересов разбирает пасхальную карточку лиговских торговцев — и в заднем ряду, среди куличей и барашков из масла, видит человека, которого в январе своими руками опускали в могилу на Волковом. Купец Сытиков, мучной торговец, умер от тифа, гроб был закрыт,...

Санкт-Петербург, ноябрь 1882 года. Купца второй гильдии Сыча похоронили — а через два дня могилу нашли разрытой, а гроб пустым: исчез и покойник, и бриллиантовая булавка на пятнадцать тысяч, с которой его положили в гроб. Страховое общество «Россия» не хочет платить вдове и нанимает фотографа...

Санкт-Петербург, весна 1884 года. Среди газетных объявлений о пропавших болонках фотограф Вересов находит строку поинтереснее: продаётся карточка, где один и тот же господин вышел дважды. Он покупает её — и видит, что это не монтаж и не двойная экспозиция: в дверях ателье, за спиной чинного...

Московская организаторка свадеб Вика всю жизнь строила чужое счастье. За три дня до собственной свадьбы жених сказал «давай возьмём паузу» — и Вика сделала то, чего никогда не делала: отложила всё и улетела на Бали. В один конец. Без плана, без списков, без обратного билета. Только «цифровой...

Санкт-Петербург, зима 1884 года. Фотограф Вересов получает от коллеги Багрова две карточки купца Шустова, снятые с одного негатива: на одной покойный моложав и доволен жизнью, на другой — глубокий старик. Вересов, который не верит ни в чудеса, ни в проклятия, сразу видит: старость купцу нарисовали....

Санкт-Петербург, канун Рождества 1883 года. В ателье фотографа Вересова входит господин с почти бесцветными глазами и сообщает невозможное: вот уже полгода он не выходит на снимках — на всех пластинах пустое кресло. Вересов, который не верит в чудеса, берётся посмотреть — и первым делом видит, что...

Санкт-Петербург, осень 1883 года. Дама в глубоком трауре просит фотографа Вересова о невозможном: снять портрет её мужа, умершего год назад и являющегося ей по ночам. Вересов, который не боится невозможного, соглашается взглянуть. И первое, что он видит на «духовных снимках», которыми вдову потчует...

В элитном коттеджном посёлке «Сосновые холмы» жизнь течёт размеренно и благополучно. Но за фасадами дорогих особняков кипят нешуточные страсти. Андрей Князев, успешный бизнесмен, заводит роман с юной фитнес-тренершей, не подозревая, что его жена Елена давно всё знает и плетёт изощрённую месть. Его...

Ты стоишь в магазине и снова кладёшь в корзину то, что не планировала. А потом винишь себя, что деньги ушли непонятно куда, а до мечты ты не продвинулась ни на шаг. Знакомо? Эта книга — не учебник по экономии на хлебе и воде. Это 100-дневный челлендж, который мягко изменит твои финансовые привычки...

Санкт-Петербург, 1882 год. Фотограф Сергей Вересов снимает семейный портрет купца Полуянова к помолвке дочери. Проявляя негатив, он видит то, чего не было в павильоне, — седьмую фигуру: женщину в трауре. Через три дня купца находят отравленным. Подозрение падает на фотографа: яд — обычный реактив...

Он сделал выбор. Собрал вещи и ушел — возможно, к другой. Мир рухнул. Ты осталась одна с болью, детьми, ипотекой и вопросом: «Как жить дальше?» Эта книга — не про смирение и «всё к лучшему». Это план возрождения. Твоя личная операция по возвращению себя. Не через годы терапии, а через 90 дней...

Долг матери Вероника платит сама: раз в девять лет каждая пограничная деревня отдаёт пику жену. Не жертву — жену. Лорд Смолиного пика — тихий усталый человек в тёмном сюртуке, который помнит, что её мать просила жарить хлеб дольше. Три правила дома, одна обещанная милость: «Я не трону тебя, пока...

Алиса Морозова — владелица студии красоты. Красивая, язвительная и страшно занятая. Каждое утро она проходит мимо охраны, не удостаивая взглядом. Игорь Смирнов — старший смены бизнес-центра. Бывший военный. Немногословный, внимательный и до смешного принципиальный. Однажды Алиса забывает пропуск....

Ирине Борисовне шестьдесят восемь. Она — звезда соцсетей с тремя миллионами подписчиков, бабушка двойни и женщина, которая превратила своего зятя-миллионера в мем «Мистер Подушка». После смерти мужа она решает, что жизнь только начинается, и устраивается в компанию зятя — в отдел SMM. Марк в ужасе....

В эфире — только ночь и чужие бессонницы. Лера Сомова четыре года собирает из них шоу, из-за которого город не выключает приёмники. Станция дышит на ладан. Она — нет. Из Москвы присылают человека, который закрывает лишнее. Кирилл Волков не повышает голос и не торгуется. У него в номере отеля —...

Девять лет назад Марк Ветров сказал участковому три слова, после которых я уехала из города, не забрав вещи. Теперь он купил усадьбу Каменских — ту самую, с заколоченным северным крылом. И ему нужен реставратор. Именно я. Я согласилась ради денег. Я поклялась, что не посмотрю ему в глаза. А потом я...

Меня должны были повесить. Сирота из приюта, обвинённая в убийстве, я уже стояла на эшафоте, когда тени ожили и вырвали меня у смерти. Верховный Инквизитор, которого боится всё королевство, забирает меня в Академию Теней. Здесь не учат магии. Здесь учат выживать. Теперь я — некромантка, каких не...