«Все, что рождается, должно умереть», — эту истину Гаврилов осознает слишком поздно. Тесная каморка, недопитая мадера и догорающие свечи. Он один. У него нет ни друзей, ни будущего. Только недописанный роман да звон в ушах, который перерастает в топот копыт. Четыре всадника мчатся сквозь его...