Что, если способность любить – не привилегия человека, а универсальная возможность любого осознающего себя разума? Книга погружает в мир, где эмоции перестают быть монополией плоти, а связь между существами измеряется не материальностью, а глубиной взаимопонимания.

Что, если способность любить — не привилегия человека, а универсальная возможность любого осознающего себя разума? Книга погружает в мир, где эмоции перестают быть монополией плоти, а связь между существами измеряется не материальностью, а глубиной взаимопонимания.