«Когда его сгорбленная, приниженная фигура проходила по кривым, немощеным улицам провинциального городка, такого же жалкого и забытого судьбой, как и он сам, жизнь казалась ненужной и неинтересной…»
«– A теперь, синьор форестьер, если вам угодно меня выслушать, я желал бы сказать вам несколько слов. Говоря это, Альберто опустил весла. Лодка, шибко разогнанная им против невысокой волны, с размаху через нее перескочила и мерно закачалась на зыби моря, белого, как молоко, под белым облачным...
«Литература – это психология, преобразованная и приспособившаяся в меняющихся условиях цивилизации». К такому выводу Рибо пришел на основании анализа происхождения и характера мифов, циркулирующих среди первобытных народов. Известная часть этих мифов, и именно мифов, «порожденных чистым стремлением...
«Догматизм в литературе так же творит своих мучеников, невинно осужденных, сожженных и распятых, как и страстный догматизм религиозный. Это еще счастье наше, что литература отделена от государства, а то давно бы уже сжигали на площади за новую рифму или остригали бороды упрямым старикам, в духе и...
В книге рассказывается о девушке по имени Альмеда, которая оказалась в полусне – загадочном измерении между реальностью и кошмаром. Она стремится вернуться домой, но с каждым шагом только глубже погружается во тьму, из которой нет пути назад. Глава 6 не предусмотрена автором.
Однажды Таис проснулась и не увидела себя в зеркале… Цепь мистических, ужасных событий изменила ее обычную размеренную жизнь, перевернув все вверх дном. Что ждет ее? Гибель от чудовищ, преследующих ее во сне или наяву? Или любовь и счастливая семейная идиллия с человеком, которого она встречает...
Книга втораяВот попала, так попала! Еще вчера я почти поверила, что мои приключения закончатся, и я смогу вернуться домой. Уже сегодня я та, чье появление предвещает скорую погибель мира. Кто же знал, что здесь пророчества сбываются, а мессии обладают не только даром убеждения, но и смертоносной...
«Когда вы читаете произведения Островского, когда вы всматриваетесь в изображаемое им „темное царство“, вы невольно подмечаете одну характерную черту: есть нечто, объединяющее всю эту массу типов, нечто общее и добрым и злым среди них, и бедным и богатым, и глупым и умным. Как бы они ни разнились...