«Крайний свет» — история о любви и выживании на самом краю Ультрамара, в мире Warhammer 40 000, где Ересь Хоруса поглощает систему за системой. Планета Таллас Квинтус — последний из пятисот миров, сотканный из света трёх солнц. Ботаник Кара Аэллон изучает мхи и медуз-симбионтов, пока война остаётся...
«Небесная канцелярия: Дело о двух стихиях» — городское фэнтези, разворачивающееся в дождливом Петербурге, где погода оказывается не хаосом, а системой с живыми операторами. Милана слышит дождь с детства. Артур греет — не зажигает, а именно греет: батареи, кружки, ладони. Они встречаются в маленьком...
«Церебро» — криминально-романтическая повесть, действие которой разворачивается в штате Лос-Сантос, где коррупция пронизывает всё: от портов до полицейских участков. Полицейская Наоми Кинкейд, уставшая молчать о бесчинствах губернатора Торнбери и его людей, случайно знакомится в DMV с механиком...
«Дорога, которая всегда возвращается» — история о возвращении к жизни, любви и скорости, разворачивающаяся в залитой солнцем Барселоне. Молодой гонщик Льюис Карранза, переживший страшную аварию, полгода живёт в хромоте и тоске, пока к нему не приходит физиотерапевт Энжела Моранте — единственная,...
«Сияние роз Юпитера» — научно-фантастическая притча о памяти и любви на окраине обитаемого мира. На исследовательской станции в атмосфере Юпитера биолог Яври выращивает синие розы, способные запоминать и повторять сказанные им слова. Инженер Томрен, прибывший на станцию с оборудованием, становится...
«Не забыть друг о друге» — лёгкая, ироничная история в духе братьев Стругацких, действие которой разворачивается в НИИЧАВО — институте, где даже любовь пытаются классифицировать и измерить в джоулях. Старший лаборант Федя Кузнецов, специалист по бытовой магии, и младший научный сотрудник Алиса...
«Почему тебе нужна шапка» — городское фэнтези в духе Сергея Лукьяненко, действие которого разворачивается в сумеречном Петербурге, где рядом с обычной реальностью существует Сумрак — слой миров, доступный лишь Иным. Артём, рядовой боец Дозора, каждый день заходит в маленькую кофейню — не ради кофе,...
Дождь шёл третий день подряд. Он не был обычным дождём — он будто знал, куда падать: в раскрытые окна, на незакрытые раны, в те уголки души, где человек старался не смотреть. Город тонул в серой воде, а я сидел у окна и думал, что если дождь не прекратится, я растворюсь вместе с этим городом и...
В Касл Роке осень всегда пахла сыростью, мокрыми листьями и чем то ещё — чем то, что будто просачивалось из самой земли, из трещин в старых домах, из теней, которые становились длиннее с каждым днём. В этом городе люди не любили говорить о странностях. Но они их чувствовали. Бен Харрис переехал...
Солнце висело над Марсом, как раскалённый медный диск, и казалось, что оно не греет, а только сушит. Пыль лежала на всём: на скалах, на камнях, на его сапогах, на воротнике куртки, даже на ресницах. Бенджамин стоял на краю плато и смотрел на горизонт, где красная пустыня сливалась с бледно розовым...
В городе, который не значился ни на одной карте, время текло иначе. Оно не спешило и не тянулось — оно пряталось в трещинах мостовых, шептало в ветрах, просачивалось сквозь пальцы, если ты пытался его удержать. Город назывался Эрилон, и говорили, что он появляется только для тех, кто ищет не просто...
Я не помню, в каком из миров я впервые увидел её. В этом и прелесть Амбера и его Отражений: память здесь — как река, что петляет между берегами, и не всегда знаешь, где ты нырнул, а где вынырнул. Но я помню ощущение: будто воздух вдруг стал гуще, будто тени обрели вес, будто сама реальность на...
В королевстве Лирмонт осень всегда приходила не с дождями, а с тишиной. Казалось, даже ветер боялся шуметь возле замка Чёрного Льва — там, где правил суровый, но справедливый лорд Арден, и где жила его дочь, леди Элиана. О ней слагали баллады не за красоту, хотя она была прекрасна: волосы цвета...
Долина Призрачной Луны была тиха — слишком тиха для места, где когда то гремели битвы, где земля стонала под сапогами армий, а небо чернело от крыльев драконов. Теперь здесь шелестел ветер в сухой траве, да изредка кричала одинокая птица, будто напоминала, что жизнь всё ещё держится за эти скалы....
Поезд «Серебряная стрела» мчался сквозь ночь, разрезая тьму жёлтым светом окон, и Ая смотрела на своё отражение в стекле — бледное, почти призрачное, с тенью усталости под глазами. За спиной шуршали страницы газет, позвякивали ложечки в фарфоровых чашечках, кто-то тихо спорил о политике, но для Аи...
Лос Сантос пахнул жарой, резиной и деньгами — теми самыми, что вечно утекали сквозь пальцы, как песок с пляжа Веспуччи. Здесь любовь редко была про цветы и открытки. Чаще она была про то, как ты прикрываешь спину напарнику, когда над головой свистят пули, и про то, как потом, в тишине, можно...
В 2187 году межзвёздные перелёты перестали быть чудом — но оставались гонкой. Каждая корпорация хотела первой найти «идеальный» экзомир: планету, где можно было бы выращивать редкие культуры, добывать уникальные минералы, а главное — застолбить за собой право на историю: «Мы открыли!» «КосмоФлора»...
Станция «Перекрёсток» висела в пустоте, как ржавый гвоздь в шрам на теле Вселенной. Вокруг неё тянулись линии переходов — тонкие, дрожащие, будто из света и страха. Каждый переход вёл в свой мир: в мир, где небо зелёное, в мир, где время течёт вспять, в мир, где вообще нет времени. И каждый переход...
Система «Дамокл», окраина сегментума Темпестус. Орбитальная крепость «Вечный Дозор» висела в пустоте, как остриё копья, нацеленное в сердце тьмы. Здесь не было места чувствам — только долг, дисциплина и холодный расчёт. Но даже в самом строгом кодексе Легионес Астартес оставалось место для того,...
Артём пришёл на двадцать минут раньше и сразу пожалел об этом. Теперь придётся объяснять, почему он такой пунктуальный. А если не объяснять — ещё хуже: мама потом скажет тёте Свете, а та — маме Насти, и в итоге выйдет, что он «слишком старается». Как будто это преступление — не хотеть опаздывать....
Показать ещё