«Горячо поздравляю рабочих и крестьян Советской Грузии с десятилетием мужественного, плодотворного труда в области промышленности и культуры! Прекрасный праздник, на котором мне хотелось бы присутствовать скромным зрителем и ещё раз вспомнить Грузию, какой видел я её сорок лет тому назад, вспомнить...

Куда может завести девушку с тонкой душой ее воображение? И не опасно ли, когда фантазии воплощаются в жизнь?Юлия – девушка с романтичной натурой чувствует, что родилась не в свое время и мечтает встретить мужчину из прошлого. Она уходит от своего жениха, который кажется ей обычным и инертным...

«В еженедельном журнале, в повести молодого беллетриста я вычитал следующее: «Как хороши бывают предрассветные часы, когда вся природа готовится отойти ко сну, когда поля одеваются белой пеленой тумана и усталые, и истомившиеся за день крестьяне гонят свои стада лошадей и других животных на...

«Я был в гостях у старого чудака Кабакевича, и мы занимались тем, что тихо беседовали о человеческих недостатках. Мы вели беседу главным образом о недостатках других людей, не касаясь себя, и это придавало всему разговору мирный, гармоничный оттенок. – Вокруг меня, – благодушно говорил Кабакевич, –...

Под взглядом Эли Стара родной город принимал странный вид: «Дома, вывески, улицы, трубы – всё было как бы сделано из кисеи, в прозрачности которой лежали странные пейзажи…» Куда он и уходит…

«Чудные дела творятся на свете, господа. Другой раз погибнет человек, потом раздумаешься: – Из-за чего погиб человек? Только руками разведешь, да и плюнешь. А другой человек, который рецензент, при этом еще как-нибудь нехорошо и выругается…»

Путешественник-натуралист после спектакля «Золотая цепь» приходит за кулисы. Где-то он это видел… Оказывается, однажды актеры сыграли этот спектакль «в африканском лесу… для стаи обезьян». И те до сих пор «обезьянничают» увиденные мизансцены…

Любовь непредсказуема, а начиная новые отношения, никогда не знаешь наперёд, к чему они приведут. Но даже после, казалось бы, завершения отношений в судьбах людей может произойти всё, что угодно. Пусть мы и не можем принимать решения за других, но достаточно наших поступков и наших слов, чтобы...

«Жил на свете рыцарь, свирепый и жестокий. До того свирепый, что все боялись его, – все, и свои и чужие. Когда он появлялся на коне среди улицы или на городской площади, народ разбегался в разные стороны, улицы и площади пустели. И было чего бояться рыцаря народу! Стоило кому-либо в недобрый час...

«… Жена заглянула в кабинет и сказала мужу: – Василь Николаич, там твой племянник, Степа, пришел… – А зачем? – Да так, говорит, поздравить хочу. – А ну его к черту. …»

«Я вернулся домой весь разбитый. Словно на мне возили дрова. Я едва дотащился до кресла и сижу подавленный, в каком-то оцепенении, полный того ужаса, который только что пережил. Что случилось? Я был в театре. В одном из лучших парижских театров, – в театре Антуана…»

Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 56, 12 марта, в серии рассказов «Теневые картинки». В собрания сочинений не включалось. Печатается по тексту «Самарской газеты».

«… Проснулся я потому, что почувствовал около кровати присутствие постороннего лица. Но, открыв глаза, увидел свою ошибку: это был не посторонний человек, а околоточный. Полиция никогда не бывает посторонней. Я послал ему рукой приветствие и терпеливо спросил: – Сколько? …»

«…Человек с колючим бобриком, в мундире жандармского полковника, по-военному отчеканил свои показания и сел. Он производил у подсудимого обыск, его показания были бесспорны, точны, убийственны. Но подсудимый даже не посмотрел на него. Он не дыша, боясь шевельнуться, прислушивался к мерному топоту...

«Знойный и душный полдень. На небе ни облачка… Выжженная солнцем трава глядит уныло, безнадежно: хоть и будет дождь, но уж не зеленеть ей… Лес стоит молча, неподвижно, словно всматривается куда-то своими верхушками или ждет чего-то…»

«Так, между прочим, всегда бывает – когда людям хочется поговорить, они отправляются в ресторан с музыкой. Музыка мешает, заглушает голоса. Приходится по три раза переспрашивать, выжидать паузы, иногда с нетерпением и раздражением. И все-таки почему-то идут беседовать в ресторан с музыкой…»

«Умирал важный, старый сановник, большой барин, любивший жизнь. Умирать ему было трудно: в Бога он не верил, зачем умирает – не понимал, и ужасался ужасом безумным. Было страшно смотреть на него, как он мучился. Позади умирающего сановника была большая, богатая, интересная жизнь, в которой не...

«Ресторан посещался столько же иностранцами, сколько русскими. И часто видно было, как какой-нибудь француз или англичанин, уже, видимо, побывавший в этом заведении, приводил с собой друзей и с выражением лица фокусника, глотающего горящую паклю, опрокидывал в рот первую рюмку водки и, выпучив...