Популярные аудиокниги за неделю

Скрыть

Atilla Galiullin 12:18

Думал, что комментарии предвзятые. Увы, 7 минут хватило.

– к книге «Кризис: Третий Путь»

Екатерина Кривошеева 12:11 в ответ

А первый какой?

– к книге «Чума и голод»

Анна Солнцева 12:08

Этот роман произвел на меня очень яркое впечатление. Оказывается, что его проходят в школе даже, правда, в дополнительной литературе. По моей памяти, в школе больше внимания уделяется поэзии Брюсова, причем она все равно идет «вторым», а то и «третьим рядом» за более великими поэтами, тем же Блоком и Гумилевым. Сильное впечатление связанно именно с текстом и стилизацией под 16 век. Проделана великолепная работа. И да, я мистику люблю, фэнтези тоже, а в этих жанрах сила в сюжете, и тут он достаточно приключенческий и захватывающий. На мой взгляд, из произведения вышло бы хорошее аниме. Кино бы страдало нереалистичностью, а вот аниме, где много внимания сосредоточено именно на чувствах главных героев — вот это было бы идеально. После этого романа я поняла, откуда у Булгакова ведьмовская мазь в «Мастере и Маргарите». Я совершенно не удивлена, что какой-то немецкий критик решил, что роман представляет собой перевод реальной рукописи. Вот что значит, когда за дело взялся выпускник классической филологии истфила МГУ, да ещё и с такими феноменальными способностями, как у Брюсова, и не менее любопытными увлечениями. «Огненный ангел» можно считать нулевой попыткой написать «сатанинский роман», причем отразилось в произведении и увлечение спиритизмом того времени, и интерес к немецкой культуре. А уровень проработки языка, уровень стилизации по источникам — ну просто уникальный. Сейчас так с темой не работают уже. Я в полном восторге. И как заметно, что роман писал именно поэт: такая любовь к точному слову. Хотя да, конечно, недостатков у романа много. Писал его не просто поэт, а поэт-символист, а игра с символами — это всегда про определенную истеричность, и в произведении её будет много. Герои немного незрелые, бегают по треугольнику Карпмана. Вообще, роман можно назвать художественным пособием, почему не стоит заводить личную связь с девушкой, у которой есть незаконченные предыдущие отношения (пусть и в такой странной форме), почему опасно не лечить психические расстройства, почему важно брать ответственность, хотя Рупрехт готов её брать, а вот Рената — нет. Вообще, тут много иллюстраций того, как не нужно вести себя в отношениях, иначе всё закончится жестью. В реальности у Нины Петровской всё так и закончилось, хотя роман вышел в 1907 году, и по ходу Брюсов уже тогда почувствовал, к чему это все идет. Не хватает, на мой взгляд, роману реалистичности. Выходит, что язык и обстановку стилизовать под 16 век плюс-минус удалось, а отношения между людьми там описаны современные Брюсову, то есть декадентские до мозга костей. В 16 веке никто бы не позволил «какой-то паре» жить без официального брака у всего города на виду, да и перепады настроений, и припадки Ренаты были бы подозрительными, а там пара-тройка сплетен о колдовстве и разврате — и все закончится очень быстро для всех. Да и люди были заняты выживанием, а в таких условиях всегда очень мало времени на чувства оставалось бы у них. А вот в декадентской Москве начала 20 века такие отношения вполне реальны. Тут есть и черты, характерные для романа- «ключа», где зашифрованы нездоровые отношения любовного треугольника Брюсова, Нины Петровской и Белого. Петровская и правда была медиумом на спиритических сеансах, страдала перепадами настроения, была экзальтированной особой и так и не смогла в итоге побороть свою депрессию. А такой перенос, слишком уже откровенный, не делает чести автору. Ну хоть чуть-чуть бы отличной истории отошел, или дал бы ей какое-то другое прочтение — было бы лучше. Появление Фауста с Мефистофилем здесь также не дает «нового прочтения», а является фактически «цитатой» в приложении к новым декорациям. А зачем «цитировать» Гёте так прямо, ведь при всем уважении, проиграешь такому гению? Вот тут, конечно, проявился крайне непростой, наполненной гордыней, нарциссизмом и манией величия характер автора. И мне не хватило, конечно, философской составляющей. Булгаков в «МиМ», например, переосмысливает Святое писание, рассуждает о гранях милосердия. А у Брюсова нет даже попытки что-то переосмыслить в таком масштабе: сюжет закончился и всё. Но я узнала на читательском клубе, что есть опера Прокофьева на эту тему, и она модернистская. В общем, я совершенно не удивлена, что между моментом первой публикации и 20-ми годами 20 века «Огненный ангел» был абсолютным хитом литературным. И он был предтечей «Мастера и Маргариты», конечно. Всем, кто любит мистику, советую познакомится хоть в аудиоформате, хоть в классическом. Благодарю чтеца за исполнение. Перед нами настоящая классика, конечно.... Показать весь текст

– к книге «Огненный ангел»